Родина как стимул возрождения страны

Opinile evidențiate în acest articol aparțin exclusiv autorului. Aceste opinii nu reflectă pozitia postului Publika TV sau a siteului Publika.MD.


посвящается молдавской диаспоре в Ирландии и Великобритании *

Так получилось, что с декларацией независимости Молдовы наши жители потеряли одну родину, но так и не обрели другую. Это произошло, скорее всего, по причине того, что мы не боролись за нашу независимость. Её нам спустили по разнарядке из столицы разваливавшегося СССР. Как бы прискорбно ни было, оказалось, что любить родину мы способны только в том случае, если она обеспечивает нам минимум комфорта. Родина, на поверку, это не только привязанность к родственникам и к вездесущей метафоре о любимой липе или акации у родной калитки. Материальное благополучие оказалось не менее важным.

Перефразируя наших предков, родина там, где попа в тепле. Те, кто познал стабильность советского строя и его обеспеченный – пусть и невысокий – достаток, стали вскоре горевать по прошлой жизни. Одни стали искать её в слоганах политических партий, играющих на чувствах ностальгии. Другие отправились за кордон в поисках материальных стандартов, похожих на прежние, надеясь, конечно, на большее. Новые граждане независимой Молдовы уже рождались без родины или, в лучшем случае, с гарантированной дезориентацией в том, что касается тонкой материи патриотизма.

По моему мнению, задача построения новой Молдовы – вопрос обретения Родины, любви к ней, пусть даже это сильно сказано. Другими словами, это чувство должно быть чуть выше обыкновенной лояльности граждан к своей стране, своему обществу, своей государственной насильственной машине, в конце концов, какой бы неродной не стала она для нас сегодня. Только кто посчитывал, какой процент населения по-настоящему любит Молдову? Одни любят Молдову, объединённую с Румынией. Другие любят её как вассала России. Третьи к ней безгранично холодны.

Данная особенность нашей крови – результат того, что происходило с молдаванами на протяжении двух последних веков: привычка любить этот край в комплексе, точнее, с этническими комплексами. Т.е. любить не саму Молдову, а или румынскую бессарабскую провинцию, или российскую бессарабскую губернию, или советскую солнечную Молдавию. Поэтому, когда возникают такие принципиальные вопросы, как приднестровский конфликт, или менее принципиальные, как принятый закон против российской пропаганды, рассматривать их следует, наверное, не с высоты понятий свободы или геополитических игр, а с точки зрения правдивого ответа на вопрос: любим ли мы по-настоящему нашу Родину – Молдову?

Если ты не любишь Молдову, то будешь чернить её перед удивлёнными иностранцами, лицемерно изображая политическое бесстрастие. Если ты не любишь Молдову, то любая её власть, любая её государственная организация будет для тебя противной. Если ты не любишь Молдову, любой грант, любой замусоленный бакс покажется ценнее куска заработанного здесь хлеба, а чиновник третьего разряда чужого государства – милее, чище и политически выше твоих правителей. Если ты не любишь Молдову, то загодя лишаешь себя единственного подступа к проблемам её переустройства, модернизации.

Если ты не любишь Молдову, тебе всегда будет легче и выгоднее шельмовать родину, чем убрать мусор в своём дворе или в своей голове. «Именитые граждане» будут говорить о свободах, прелестях и превосходстве цивилизованных стран, указывая пальцем на наши общественные недостатки, и будут считать себя более достойными править здесь, лишь потому что, ничего не создавая, не совершали ошибок. По сути, их цель известна: пустая слава и быстрое устройство у корыта номенклатурщиков.

Легко ли объяснить, что такое любовь к Родине? Легко ли советовать, как полюбить эту маленькую, слабую, «безнадёжную», как её ещё называют, страну, которая всегда стояла, по утверждениям наших летописей, «на перекрёстке всех зол»? Может, следует научиться кое-чему у наших мудрых стариков, которые прошли войну, голод и ссылки… В минуты откровения они радуются, как дети, каждому мгновению жизни, каждой пяди нашей земли, пусть пока и не вспаханной. Им кажется достаточным для существования хлеба, воды и мира… Хотя они и сомневаются, с досадой покачивая головой: может, и правы покинувшие их сыновья и внуки, что сегодня человеку нужно гораздо больше?

А что делать тем, для кого жизнь «по старинке» в тягость, для кого «открытое общество» дороже родной земли? Мы не обрели Родину, зато хорошо выучили азы не работающей пока у нас в полную силу демократии. А демократия – это, во-первых, право выбора. Можно покинуть Молдову на время или навсегда. Можно вдали глубоко тосковать по ней или по необходимости изображать это чувство. Тоже попытка полюбить. Платонически. Если любовь к Родине – бред, если всё, что нам надо, – евроремонт и прочие материальные евростандарты, то какой стимул придумать для участия в возрождении Молдовы?

* Материал был написан после разговора за стаканом вина с моим хорошим знакомым Аурелом, живущим в Дублине молдаванином, и вскоре появится по его просьбе и на английском языке.

Comentarii