Лучинский-младший – поэт непробужденных депутатов

Opinile evidențiate în acest articol aparțin exclusiv autorului. Aceste opinii nu reflectă pozitia postului Publika TV sau a siteului Publika.MD.

«К вашей своре собачьей/Пора простыть./Дорогая… я плачу…/Прости… прости…» Лучинский младший был очень близок в своем последнем заявлении к этой есенинской интонации. Он даже дважды произнёс последнее слово четверостишья, обращаясь к виртуальному избирателю (читай – любовнице): «Простите, простите, что мы так поздно проснулись к жизни». Звучит как эпитафия, хотя по умыслу Лучинского это должно было напоминать звучание апокалипсического горна, возвещавшего новую жизнь уходящей в оппозицию ЛДПМ. Заявленное пробуждение партии Стрельца к житью-бытью означает не что иное как отказ от сотрудничества в Парламенте во имя стабильности страны, тщетный поиск нового источника финансирования, не филатовского и, скорее всего, ожидание нового, сильного политического крена в сторону левых и Таможенного союза. Всё это вместе Стрелец назвал «новым европейским полюсом», а его соратник Лучинский – «раскаянием». Лучинский-младший – творец недопонятый, поэт тихих всхлипов и сонных вздохов. Читать его надо осторожно и вдумчиво, слабые сигналы, согласно теории, – это ранние и еще не достаточно точные и определенные признаки проблем или открывающихся возможностей. Как показало последнее заседание Национального совета ЛДПМ, проблем у партии будет всё больше и больше, а самая реальная перспектива – быстро раствориться в социально-политическом болоте. Результат этого заседания, по словам очевидцев, это редкое по удаче манипулирование организаторов присутствующими.

Идея заранее написанного для НС ЛДПМ сценария – месть за братана Филата. Все не вписывающиеся в сценарий выступления, а их было достаточно, технично обходили вниманием. Ни голоса „за”, ни „против” заблаговременно причесанной резолюции «не участвовать в переговорах новой коалиции» не считались. И какой смысл? В зале было вдвое, а то и втрое больше участников, чем реальное число членов НС. Стало ясно, что партия ещё находится в руках хозяина из следственного изолятора. А какие светлые мысли может родить ожидающая осуждения бедная головушка. «Простите!» – прозвучало у Лучинского не вполне энергично, но убедительно. Хуже обстоит дело с аргументирующей частью. За что простить, разве только за то, что депутаты ЛДПМ были далеки от наших граждан и долго не пробуждались к реальной жизни? А может стоит раскаяться за материальную (сродни сексуальной) неумеренность Филата и за опрометчивость Лучинского-старшего, который к своим старым грехам добавил 20 миллионов за акции банка, взятых у Шора взаймы. Может стоит, первым делом, просить прощения за своё собственное абсурдное появление в молдавской политике? ЛДПМ – это партия чиновников, районных баронов и примарей. Вряд ли эта гвардия, вопреки всяким там «справедливым» заявлениям, откажется слезть с нашей шеи и уйти в оппозицию. Поэтому закончить своё послание Лучинскому следовало бы пушкинскими стихами: «И поутру,/Вновь упоенный,/Пускай умру/Непробужденный.»

Comentarii