Илан Шор спросил „Где деньги”

Opinile evidențiate în acest articol aparțin exclusiv autorului. Aceste opinii nu reflectă pozitia postului Publika TV sau a siteului Publika.MD.

Илан Шор, конечно, не святой, но списывать на него абсолютно все проблемы, которые проявляются в банковской системе Молдовы, было бы несерьезно. Как минимум, по одной простой причине: нужно абсолютно точно выяснить причину и главных действующих лиц, которые привели к появлению дыры в балансе „Банка де экономий”.

Поэтому для начала немного истории и фактов, которые уже подзабылись на фоне череды событий, которые имели место впоследствии, затмив таким образом настоящие причинно-следственные связи.

Так, первый громкий звонок в БЕМе прозвучал задолго до того, как контрольный пакет госбанка перешел в частные руки.

В июне 2011 года, когда до смены собстенника было еще очень много времени, Нацбанк уведомил БЕМ о проблемах этого финансового учреждения: например, о том, что руководство банка „скрывает убыток по кредитам на 179 миллионов леев”. Чуть ранее, в мае того же года регулятор уведомил БЕМ о рисках потери еще 159 миллионов леев.

Примерно, в тоже самое время впервые за много лет, государственный банк объявил о полученных убытках по итогам года. Парадоксально, но в тот же самый период банковская система в целом демонтрировала обратную тенденцию- генерировала прибыль.

Руководства банка того периода, большей частью- назначенцы из минфина, подконтрольного ЛДПМ – предупреждения получала, но ситуация не менялась. Банк продолжал погружаться в тину сомнительных кредитов.

Ну а власти того периода тем временем раздавали авансы – например, международному валютному фонду, с которым была достигнута договореность, что к сентябрю 2011 года будет разработан план действий для приватизации «Банка де Экономий».

Но процесс приватизации развивался совсем по другому сценарию, чем это виделось международным донорам, которые в итоге были поставлены перед фактом банального разворовывания активов БЕМа
А ведь еще при коммунистах крупный французский банк провел предварительную оценку, оценив собственность государства в капитале БЕМа в 120-150 миллионов долларов.

Вместо этих живых денег государство получило долг в размере 14 миллиардов леев.

Теперь, снова к утверждениям Илана Шора, который сказал, что при нем из банка вывели порядка 250 млн. долларов. Смотрим на статистику: За 10 месяцев 2014 года общий портфель кредитов вырос с 1,476 млрд леев до 3,722 млрд леев. Это порядка 150 миллионов долларов. Скорее всего остальные деньги -100 млн, о которых говорит Шор, ушли из банка во второй половине 2013 года, когда туда вошел новый собственник. Это несложно проверить по статистике.

Но тогда Шор прав-большая часть денег – окло 400 миллионов долларов- выведена была задолго до приватизации. И отвечать за это должен кто угодно, но точно оргеевский градоначальник.

Казалось бы, ответы мог бы дать отчет Кролла, однако их там не найти. Многостраничный отчет – это беллетристика, как в свое время выразился глава Центра по борьбе с коррупцией Виорел Кетрару.
Описание без выводов – это точно не расследование, которое должен привести заказчика, то есть Национальный банк, к деньгам, которые были выведены – до и во времена Шора.

Потому что в современном мире скрыть выгодоприобретателей невозможно никакими офшорами. Деньги оставляют следы, и ищащий их всегда имеет возможность их обрести. Сегодня – важный день: публично нас известили, что повесить все проблемы на одного человека точно не получится.

Comentarii